Не назовешь иначе, чем признание в любви, восторженный гимн священному городу Бенаресу, которым открывается роман «Факиры-очарователи»: «Невозможно остаться бесчувственным при виде дивной панорамы: храмы, башни, длинные колоннады, высокие набережные, террасы с балюстрадами, и все это в сочетании с пышной листвой баобабов, тамарисков и бананов; волшебное, дивное зрелище представляет собою сочетание величественных деревьев, осыпанных кистями цветов, и всех этих зданий, покрытых скульптурными украшениями. Здесь соединились искусство рук человеческих с красотою и очарованием природы».

Да, Жаколио влюбился в Индию, но из множества ее уголков он больше всего обожал те края, что раскинулись к югу от Пондишери, до самого мыса Коморин.

Влюбленность Жаколио в Индию, в ее народ была бы, вероятно, неполной, неискренней, если бы он не страдал вместе с ее народом от гнета колонизаторов. Жаколио, несмотря на всю свою широту взглядов, считал европейскую цивилизацию принципиально иной, чем индийская, зашедшая в тупик и уже не могущая вывести туземцев на путь прогресса. Однако объективность исторического развития вынуждает индийцев какое-то время выносить правление европейцев. Тем более что «на берегах Ганга и Годавери не знают, что такое национальность, и для индуса нет никакого бесчестия в подчинении иностранцу, пока он остается свободным в своей хижине и в своем храме».

Посягательства на личную свободу индиец никому не прощает. Будь это взятие Дели англичанами 20 сентября 1857 года, когда «красные мундиры уничтожили всех жителей Дели, даже тех, которые и не думали о каком-либо восстании». Или идет ли речь о жестокостях португальской инквизиции, обращавшей в христианскую веру при помощи ужасных пыток и членовредительства.